Если бы не был знаком с автором, бросил бы книгу на первых страницах или после короткого просмотра. К счастью, я знал Наталью Леонидовну много лет, хотя и не имел чести принадлежать к её близким друзьям. Могу уверенно сказать: это её интонация, её своеобразное и безбоязненно личностное восприятие «самой жизни».
 

Читать её трудно, так же как нелегко было порою слушать её выступления. Её начитанность и презумпция равноправия с читателем ведут к лёгкости ассоциаций, за которыми часто не успеваешь. Знакомые ей имена и события, далеко не всегда знакомы тебе. Некоторые переходы от одной темы к другой обескураживают... Вместе с тем безоглядная искренность, христианское отношение к миру без всякого позёрства, добрая ироничность к окружающим и честная самоирония перевешивают все эти затруднения.
 

Это не специально написанная книга воспоминаний (Наталью Леонидовну отпугивало само слово «мемуары»), а материалы журнальной авторской рубрики, предисловия к книгам, рецензии на них, тексты интервью, но также и всякие дополнительные главки. А всё вместе – и жизнь, и портреты замечательных людей, и рассказы о тех авторах, которым Трауберг помогла войти в русскоязычную культуру, и взгляд на советскую жизнь с несоветской стороны. Рассказы чудесной переводчицы, жившей в России и в Литве, ходившей в костёл и в православный храм, умевшей видеть святость в чудачестве, истину в шутке и смысл в движении души к небу.