October 9th, 2017

логотип сайта

Старенький или старшенький, сказка-16 из книги "Червячок Игнатий и его размышления"

- А кто из вас больше старенький, ты или папа? – спросил червячка Игнатия паучонок Чак, когда они с паучонкой Чикой гостили у него в норке.

- Чак, перестань! – возмутилась Чика. – Так невежливо спрашивать.

- Почему? – удивился Чак.

При этом он взбежал на потолок и стал раскачиваться, свесившись на паутинке.

- Невежливо говорить про кого-то, что он старенький. Правда, червячок Игнатий?

И Чика сделал вид, что вообще не замечает братца.

Червячок глянул на качающегося под потолком Чака и улыбнулся:

– Чак просто слово перепутал. Мы с вашим папой не старенькие, а старшенькие. Это очень любопытная разница. Вот пойдём с Чаком пятиэтажку провожать, поговорим об этом.

- А потом мне расскажете. Меня-то там не будет...

И Чика тоже попробовала свеситься с потолка, но лишь спланировала на паутинке вниз. Всё-таки она была помладше Чака.

 
В их районе сносили длинный пятиэтажный дом, и червячок Игнатий с Чаком устроили на соседнем дереве наблюдательный пункт. Туда они иногда забирались, чтобы вместе последить за этим любопытным делом. Одного Чака туда не отпускали, и червячок Игнатий предложил ему свою компанию. Они называли это «провожать пятиэтажку». А заодно вели всякие интересные разговоры.

Но этот день оказался выходным. Рабочих возле полуснесённого дома не было. Лишь одиноко стоял экскаватор, опустив ковш на землю.

- Ура, никого нет! – обрадовался Чак. – Можно там погулять!..

Не успел червячок Игнатий возразить, как паучонок уже забежал на бетонную плиту и пустился там в пляс.

Игнатий на всякий случай перелетел туда же и стал объяснять удалому паучонку, что разгуливать здесь им никто не разрешал.

- Ну... – разочарованно сказал Чак.

И тут...

Наверное, сильный порыв ветра был виноват в том, что на плиту, грохоча, скатилась невесть откуда старая ржавая кастрюля. Она пару раз подпрыгнула, перевернулась и замерла неподвижно. Беда в том, что она замерла вверх дном, а перед этим накрыла червячка и паучонка – так, что они оказались под её металлическим колпаком.

- Вот это да! – воскликнул Чак. – Мы теперь пленники железной темницы. Ух, какое приключение!..

Однако постепенно он приуныл и начал теребить червячка Игнатия вопросами о том, что с ними теперь будет, и когда их спасут, и найдут ли вообще...

Тем временем червячок Игнатий внимательно обследовал края кастрюли. Они плотно прилегали к плите, хотя и оставались крошечные зазоры для воздуха. «Уже хорошо», - подумал Игнатий. Но пролезть ни в один из зазоров было невозможно. Сдвинуть кастрюлю тоже оказалось им не по силам. Оставалось только ждать, когда их хватятся. И надеяться, что найдут.

- Кстати, мы собирались поговорить о стареньких и старшеньких, - напомнил, как ни в чём не бывало, червячок Игнатий.

- Ладно, - согласился Чак. – Всё равно делать нечего... Хотя, если нас не найдут, мне не удастся стать ни стареньким, ни старшеньким... А какая разница между этими словами?

- Очень простая. – Игнатий порадовался, что удаётся отвлечь паучонка. – Стареньким быть обидно, а старшеньким интересно.

- Ну, и что же тут интересного?

- Много чего. Это как подниматься на высокую гору. Видно всё шире и дальше. Даже становится видно то, чего раньше не замечал. Или не понимал. Можно и другому про это рассказать, вот как я тебе...

- Ага, получается что-то альпинистское? – заинтересовался Чак.

- Вот именно.

- Альпинистом быть это круто, - согласился паучонок. – Тем более раз это само получается... И что, рюкзак с вещами тащить не надо?

- С вещами не надо, - подтвердил Игнатий. – Но свой груз у каждого есть, он появляется с годами... Старенькому от этого груза тяжело. А старшенький учится с ним обращаться и не жалуется.

- Как это: учится обращаться?..

- Он заранее готовится к высотному пути. Привыкает зарядку делать, чтобы не так тяжело было подниматься. Закаливается, чтобы наверху ветром не сдувало... Как эту нашу кастрюлю.

- Ха-ха-ха! – развеселился Чак. – Наверно, она не закаливалась!..

- Ещё если кто-то младшенький спрашивает, куда ему идти, - продолжал Игнатий, - что-то сверху ему подсказать можешь. Ведь тебе лучше видно.

- Это вот как ты мне сейчас подсказываешь, червячок Игнатий?

- Вроде того, Чак.

- Тогда подскажи заодно, когда же я старшим стану?

- Да ты вообще-то уже... Вон Чика младше, ты для неё уже старшенький. Если, конечно, помочь ей хочешь, а не посмеяться над ней. А бывают и в твоём возрасте уже старички...

- Это такие, скучные?..

- Во-во... Между прочим, Чак, я вижу тут много мелких камушков валяется. Сколько ты сможешь одновременно взять – по камушку в лапку?

Чак стал набирать камушки, чтобы попробовать, и вдруг догадался:

- А!.. Это чтобы по кастрюле изнутри стучать? Чтобы услышали?., Здорово! Раз, два, три, четыре, пять, шесть... Две лапки для стояния остаются. Уже пора?

- Нет. Мы скоро услышим, когда пора будет.

И вправду: вскоре послышались знакомые голоса:

- Ау!.. – кричали они. – Чак!.. Червячок Игнатий!.. Где вы?.. Ау!..

Тут-то Чак и забарабанил изнутри кастрюли так, что у них обоих в голове загудело.

 
Пленники ожидали, что сейчас начнётся изобретение инженерных приспособлений для приподнимания железной темницы. Но среди членов спасательной экспедиции был и гном Ом, который просто-напросто приподнял кастрюлю и с облегчением сказал:

- Добрый день, исследователи!
 

Надо сказать, что на чаепитии в честь спасения кастрюльных заключённых паучонок Чак вёл себя молчаливо и степенно. А в конце шепнул червячку Игнатию:

- Мне кажется, что я сегодня тоже стал немножко старшеньким...

- Так я же говорил, что ты уже такой, - тоже шёпотом ответил червячок. – Здорово, что ты и сам заметил. Да здравствуют занятия альпинизмом!..